Optimization 2011: Круглый стол по поисковой оптимизации

Второй день десятой ежегодной конференции «Поисковая оптимизация и продвижение сайтов в Интернете» завершился круглым столом по поисковым технологиям. Главными темами дискуссии стало будущее рынка, его возможные векторы развития. Кто победит — внутренние отделы по продвижению на стороне заказчика или комплексные агентства?

В круглом столе принимали участие: Евгений Ломизе (Яндекс), Алексей Иванов (ISEE Marketing), Станислав Веселов (Wildberries.ru), Антон Терехов (Ichiba), Николай Евдокимов (SeoPult). Вели круглый стол Анар Бабаев (Клик.ру) и Михаил Козлов (Mail.ru).

Анар Бабаев: — Как изменился рынок интернет-маркетинга за последние год-полтора?

Станислав Веселов: — Изменился рынок, конечно. Те механизмы, которые были эффективны 2-3 года назад, уже не так эффективны как раньше, теперь мы уже ищем новые способы и новые инструменты, чтобы зарабатывать также, как тогда.

Михаил Козлов: — Как изменился, на ваш взгляд, вектор развития? Что поменялось для вас в инструментах и приемах интернет-маркетинга за это время?

Станислав Веселов: — Сегодня мы вынуждены думать о какой-то подушке безопасности, подстраховываться, одного какого-то инструмента, например seo уже недостаточно, алгоритмы меняются слишком часто, поэтому мы вынуждены усовершенствовать свои методы и приемы. Если раньше у нас в штате была всего пара человек, кто этим занимался, то теперь это целый специализированный отдел.

Антон Терехов: — Рынок интернет-маркетинга становится автоматическим, и мне кажется, что роль агентств, предоставляющих комплексные услуги, скоро вообще сойдет на нет. С появлением автоматических инструментов, которыми напрямую может пользоваться сам рекламодатель, роль агентств будет отходить на второй план.

Если раньше нужно было ссылки и проч. размещать через агентства, то сейчас есть автоматизированные системы, которыми может пользоваться всякий нормальный менеджер на стороне рекламодателя. Прослойка комплексных агентств исчезнет.

Алексей Иванов: — Мне кажется, что агентства никуда не уйдут, поскольку спрос останется на консалтинг, постольку останутся и агентства.

Михаил Козлов: — Ну смотри, появление Яндекс.Директа ведь не привело к тому, что не осталось у клиентов желания сотрудничать с промежуточными агентствами.

Антон Терехов: — Да, это было. Но сейчас мы наблюдаем последнюю агонию агентств – это байеры, которые перекачивают деньги, и консалтинги, которые перекачивают мысли. Кадровый рынок вырос, и он перетекает из агентств к рекламодателям.

Евгений Ломизе: — Я бы не хоронил раньше времени агентства. Да, сейчас большое количество пользуется автоматизацией, но большее число из них автоматизацией пользуется через агентства. Но есть и тенденция работать напрямую, да.

Николай Евдокимов: — Если говорить о нас, то у нас оборот конечных клиентов превысил оборот клиентов в системе. Если говорить о векторе в целом, то это появление некоторых новых тенденций в таргетинговой рекламе, появление новых способов, которые начинают демонстрировать эффективность. Это серьезный тренд.

Анар Бабаев: — Почему агентств, которые ресселят Директ становится все меньше и меньше?

Евгений Ломизе: — Это не так, доля агентств в Директе растет. Самое крупное агентство у нас — это Блондинка.

Алексей Иванов: — На мой взгляд, существенно лучше стали отношения у Яндекса с агентствами. Когда внедряются новые инструменты эффективного управления кампаниями, агентства не остаются без работы, как можно было бы предположить, они приспосабливаются и начинают работать по-другому. Активность Яндекса достаточно позитивна по отношению к агентствам. А вот тем агентствам, которые хотят ничего не делать и зарабатывать в 3 раза больше, тем да, становится хуже.

Анар Бабаев: — Вопрос про Бегун. С утратой позиций Бегуна, Яндекс вместо каких-то революционных методов начал внедрять все какие-то фишечки, рюшечки, не из-за Бегуна ли это?

Евгений Ломизе: — Нет. Наша конкурентная ситуация с Бегуном сейчас только усилилась. Бегун раньше создавал напряжение тем, что там очень много мусорного трафика. Теперь все стало гораздо проще. А насчет революции, то они ведь частыми не бывают, мы идем по пути реформ.

Зато в этом году мы сделали оптимизатор конверсий, который дает прирост более 24% тем, кто его включает. Это офигенно эффективный инструмент, я им горжусь.

Михаил Козлов: — Но ведь есть много вещей, которые в Бегуне появились раньше, чем в Яндексе, например, агентства, поведенческий таргетинг…

Евгений Ломизе: — Ну да.

Михаил Козлов: — Вот, с точки зрения генератора идей и инноватора, не жаль ли вам, если Бегун уйдет?

Евгений Ломизе: — Вам хочется знать, люблю ли я Бегун? Да, я люблю его, потому что своих врагов надо любить… В действительности, мы всегда шли своим путем, но если есть какие-то такие решения, которые реально эффективные, то такие идеи витают в воздухе.

Зал: — Я представитель агентства. И хочу сказать, что Яндекс уводит клиентов у агентств, пользуясь теми контактами, которые мы размещаем в агентском интерфейсе. Сотрудники Яндекса пытались отбить у нас клиента, предложив своего личного менеджера.

Евгений Ломизе: — Это не является дозволенным поведением для представителей Яндекса, у нас нет такой официальной позиции. Это просто был какой-то жадный менеджер.

Антон Терехов: — А у меня вопрос к тому, кто задал вопрос. А какую пользу вы, как агентство, приносите вашему клиенту? Кроме функции аккаунтинга и управления бюджетом? Я и говорю, что такие как вы, скоро уйдут с рынка, вам осталось 2 года от силы. Вы проиграете конкурентную борьбу с Яндексом.

Зал: — Мы предоставляем полный комплекс услуг.

Антон Терехов: — А зачем нужен этот ваш полный комплекс?! Речь идет о рынке труда. Ведь каждый человек заинтересован в том, чтобы зарабатывать больше. И теперь люди из агентств уходят к клиентам, потому что там платят больше.

Зал: — Агентству выгодно запустить клиента со своего личного аккаунта, а не с агентского, потому что так им занимается менеджер Яндекса, а мы иногда заходим в этот аккаунт и смотрим нужную нам информацию для сео-продвижения. Поэтому, нам выгодней только иногда проверять работу менеджера Яндекса и корректировать.

Евгений Ломизе: — Так чего же вы жаловались на звонок от менеджера Яндекса, он ведь вам тогда хотел оказать услугу получается? Зачем вы тогда нужны агентству, если все делает менеджер Яндекса?

Зал: — Менеджер Яндекса не всегда разбирается хорошо в бизнесе клиента.

Алексей Иванов: — А вот Антон лукавит сейчас насчет смерти консалтинга, у него у самого сервис автоматизированных продаж.

Антон Терехов: — Ну, я не до такой степени против консалтинга, я же люблю деньги, просто я говорю, что это уходит…

Михаил Козлов: — Есть сейчас такой миф, что главное — это через агрегатор разместить правильное количество ссылок, и все будет хорошо.

Николай Евдокимов: — Ну почему это миф, примерно так это все и работает.

Михаил Козлов: — А тебя не мучает совесть, что ты являешься причиной смерти маленьких агентств и фрилансеров-оптимизаторов?

Николай Евдокимов: — Нет, я анализирую рынок и вижу, что они вовсе даже не умирают, а наоборот.

Михаил Козлов: — Станислав, вы же считаетесь крупным рекламодателем? Какой у вас примерно бюджет в месяц?

Станислав Веселов: — Миллионы рублей.

Михаил Козлов: — Вы какие-то услуги отдаете на аутсорс или все делаете сами?

Станислав Веселов: — Сами. Раньше мы пробовали отдавать, а теперь уже не пробуем.

Михаил Козлов: — И кто у вас занимается ведением рекламных кампаний в интернете? Сколько народу, больше трех?

Станислав Веселов: — Около семи.

Николай Попков из зала: — Я хотел ответить на вопрос, зачем нужны агентства, если есть менеджера Яндекса. Менеджер Яндекса не будет сидеть с клиентом за компом и тыкать ему пальцем в экран, объясняя что и как делается, не будет разбираться в его бизнесе, и не будет доступен для клиента 24 часа в сутки, 7 дней в неделю и без отпуска.

Михаил Козлов: — Честно, говоря, меня беспокоят прогнозы об умирании агентств. Люди из агентств уходят к клиентам…

Евгений Ломизе: — Ну и что, из Яндекса тоже регулярно люди уходят в агентства, и что? Придут, выучатся и уходят. Зато у нас тесные связи с клиентами.

Николай Евдокимов: — Да эта ротация всегда есть, это ничего не значит. Если бы агентства умирали, я бы уже занимался чем-то другим.

Михаил Козлов: — А вы, Станислав, где берете кадры?

Станислав Веселов: — Есть у нас свои охотники за головами, которые шерстят интернет на предмет классных спецов, а еще мы сами растим кадры. Либо берем людей, из которых делаем хороших технических специалистов, либо развиваем их творческий потенциал.

Зал: — Как вы считаете, как поделен рынок трафикового продвижения сейчас, и как будут перераспределяться бюджеты между seo и контекстом?

Алексей Иванов: — Если вспомнить, что говорил вчера Садовский, можно сделать вывод, что теперь деньги не будут подчистую тратиться на ссылки, а уйдут в другую сторону – на юзабилити, на контекст и т.д. Поэтому и на рынке будут изменения. Трафиковое продвижение является сейчас желаемым вектором для оптимизаторов, туда они и пытаются сейчас сместить внимание рекламодателей.

Евгений Ломизе: — Мы так много делаем для того, чтобы оптимизаторы делали что-то полезное для людей, а они все равно уходят в другую сторону, лишь бы что-нибудь делать, но не то, что надо. Похоже, это у них просто такая дурная привычка.

Станислав Веселов: — Сейчас у нас ситуация на рынке похожа на ситуацию в 90-х, только существующая тогда иерархия бандюганов проецируется на нынешние сео-агентства. Три года назад те, кто анализировали выдачу Рамблера, Мэйла и Гугла знают… Раньше ссылочное ранжирование хорошо работало, а теперь видно, что и без ссылочной массы можно хорошо жить. Какое-то снижение происходит, но оно не критично. Сейчас клиент находится между молотом и наковальней – между Яндексом и теми, кто трактует по-своему лицензию Яндекса.

А сегодняшнему клиенту нужно умудряться находить золотую середину, чтобы не притягиваться слишком ни к одним ни к другим.

Михаил Козлов: — Если будет сильное притяжение с обоих сторон — может просто разорвать…

Зал: — К вопросу «заменит ли автомат агентства? Я считаю, что есть лекарства и есть врачи, и армия врачей не умирает. Я хоть и представляю армию клиентов, но не считаю, что агентства не нужны, я предпочитаю получать на 10% меньше и отдавать эту работу на аутсорс.

Зал: — А я считаю, что разговор о том, кто победит – машины или человек, совсем неинтересен. Больше всего агентств и агентоподобных исполнителей в тех областях, где все довольно мутно и непрозрачно. Мне кажется, что в сео все становится все прозрачней и прозрачней. Безусловно, та часть агентств, которая делала непонятное чуть более понятным, отомрет, а остальные все останутся. Хотя и эти не умрут. Вы же ходите в рестораны, хотя можете прекрасно себе сами все готовить дома. И пользуетесь услугами официантов, хотя можете и сами себе принести еду.

Михаил Козлов: — О выборе подрядчика. Какого подрядчика лучше брать — с хорошей технической подготовкой или с хорошим менеджментом?

Станислав Веселов: — Любое агентство для клиента — это черный ящик. Наш опыт работы с такими компаниями подтверждает мысль о том, что клиенту это именно так и преподносится – на входе деньги, на выходе результат. А насколько это качественно и хорошо соотносится с политикой бизнеса клиента – не важно. Настоящий черный ящик. Главное — заплатить деньги, а потом наступает затишье до следующего выставления счета.

Поработав таким образом, мы решили, что лучше свои сотрудники, которые постоянно находятся в нашем информационном потоке, и которые работают по прозрачным для нас схемам. Всегда лучше иметь свою команду и спрашивать с них по полной.

Антон Терехов: — Есть еще один тренд — появление новых моделей агентств. Это проявилось в прошлом году – специализированные агентства, которые предоставляют только услуги аналитики, только услуги по smm-маркетингу, услуги автоматических сервисов тестирования и т.д. Вот за этими агентствами будущее.

Александр Митник из зала: — Действительно, заниматься только аналитикой – это высокорентабельно. Но если вы не занимаетесь при этом контекстом и прочими сакральными практиками, вы не сможете подогнать своим клиентам качественную аналитику. И позволю себе не согласиться с тем, что иметь свой отдел по продвижению выгодней. Алгоритмы меняются раз в полгода, и агентство быстрее ориентируется в том, чтобы вернуть все на исходные позиции, чем штатные специалисты. Есть вещи, которые можно делать самим, а есть вещи, которые лучше отдавать на аутсорс.

Станислав Веселов: — Вы считаете, что наши оптимизаторы не развиваются и теряют квалификацию? Мы даем им возможность иметь дело с проектами, которые не имеют никакого отношения к интернет-магазину. Мы проводим различные эксперименты, и отправляем своих работников на специализированные конференции. Уже выработаны определенные стратегии, благодаря которым апдейты Яндекса проходят по касательной, без какого либо существенного ущерба для наших позиций.

Александр Митник: — На сегодня продвижение – это рынок продавца, а не рынок клиента. Сегодня на агентства хороших кадров не хватает, а уж на клиентов и подавно.

Антон Терехов: — Вы говорите о том, что происходит сейчас, а я говорю о тенденциях. Держать свою команду продвиженцев гораздо выгодней, чем обращаться за аутсорсом, это же всем понятно. Вспомните, еще пару лет назад нельзя было сманить сеошника к себе на работу в принципе, сейчас это вполне доступно. А еще через два года таких сеошников вообще не останется.

Александр Митник: — Эти все сеошники пользуются автоматами. И многим из них требуются услуги консультантов. Небольшой консалтинг все равно необходим в большей или меньшей степени. Агентства всегда останутся в качестве тех, кто будет делать то, во что не хотят вникать клиенты.

Зал: — А вот схлопнутся все ссылки, что будет делать Сеопульт?

Николай Евдокимов: — У нас 50 тысяч лояльных клиентов, которым мы предлагаем много других услуг, мы найдем способы взаимодействия с ними и без этих ссылок. Какая разница, работают ссылки или нет, если это никак не влияет на позиции сайта?

Зал: — А вот если ссылки перестанут работать, вы признаетесь в этом своим клиентам?

Николай Евдокимов: — А чего мы должны это делать, если сайты все равно при этом останутся в топе?

Зал: — Я бы тоже хотел вставить свои 5 копеек. У нас есть и магазин и система автоматизации, и к нам приходят и клиенты Сеопульта, и даже из Яндекса мы сотрудницу забрали… Так вот у меня мнение такое, что и агентства останутся, и на стороне клиентов команды будут развиваться. И всем хватит денег, и всем будет хорошо.

Алексей Иванов: — Действительно, почему в последнее время мы постоянно хотим что-то похоронить? Что за нездоровые тенденции?

Евгений Ломизе: — Да ладно, разве что-нибудь умерло за все эти годы?

Зал: — Рамблер!

Михаил Козлов: — Рамблер не умер, он живее всех живых, вы просто об этом не знаете. Посмотрите на представителя Рамблера, вот он сидит, он вам может это подтвердить.

Журналист, новостной редактор, работает на сайте с 2009 года. Специализация: интернет-маркетинг, SEO, поисковые системы, обзоры профильных мероприятий, отраслевые новости рунета. Языки: румынский, испанский. Кредо: Арфы нет, возьмите бубен.